Подборка книг по тегу: "от ненависти к любви"

Она жила по расписанию: лекции, дедлайны, красный диплом, стажировка. Он жил на грани: виражи, адреналин, титул Короля дорог. Их миры не должны были пересечься. Но один резкий поворот всё изменил.
— Идиот! Ты хоть понимаешь, что чуть не убил меня? — огрызнулась я, собирая тетради с дороги. Пальцы дрожали, но злость помогала не сорваться в панику.
— А ты хоть понимаешь, что стоишь посреди дороги и, видимо, веришь, что где-то летают волшебные единороги? — бросил он, уже не срываясь с места, а просто развернувшись на мотоцикле, чтобы бросить эту фразу, как камень. В голосе не было раскаяния, скорее раздражение, будто это я виновата, что нарушила его идеальный маршрут.

Ему предсказали, что жена подарит ему истинную.
Ради пророчества дракон женился на бедной сироте, заставил её поверить в любовь... а в брачную ночь подменил себя собственным другом, связанным с ним клятвой крови.
Элеонора была лишь инструментом
Она родила дочь, но ребёнка у неё отняли, саму девушку заставили отказаться от малышки и выбросили из жизни дракона, которого она любила больше всего
Не выдержав боли и предательства, Элеонора бросилась со скалы в бушующее море
А в её тело попала я
Алёна. Женщина из XXI века, которая не мечтала ни о драконах, ни о великой любви, ни о чужих детях. Но я сознательно выбрала эту жизнь
Теперь у меня есть дочь, которую нужно вернуть. Магия, которую необходимо восстановить. И дракон, решивший, что может безнаказанно распоряжаться чужой судьбой
Что ж...
Я обязательно верну то, что у неё отняли.
Дочь. Магию. Право на собственную жизнь.
Истинная для дракона...Но кем она станет на самом деле: его короной и даром или самым страшным проклятие?

— Попалась! — Хриплый голос раздался позади меня.
Слезы подступили к глазам, а сердце сжалось в груди, как будто его сжала ладонь. Руки затряслись, и я медленно развернулась, не в силах спрятать растерянность.
— Василек, зря убегала, я все равно поймал тебя, — произнес Артем, и его рука ловко схватила меня за выбившуюся прядь волос. В его взгляде читалась решимость, но в глубине глаз прятались тени, о которых я и не подозревала.
— Чего тебе надо? — Еле шевелю губами. Страх словно застрял в горле, делая каждое слово трудным испытанием.
— Чтобы ты исчезла из моей жизни. Ненавижу тебя, — цедит он, дергая меня за волосы с такой силой, что я не сдерживаюсь.
— Ай! Ты сдурел! — восклицаю, чувствуя, как боль пронизывает мою кожу и сердце. — Я тебя тоже ненавижу! У нас это явно взаимно.
В воздухе повисло молчание, полное ненависти и чего-то большего. Той странной, неведомой связи, что все еще связывала наши души.

Мне сорок пять. Еще вчера я управляла складами и разбиралась с сорванными поставками, а сегодня меня зовут Элирой Дорвен и ведут к алтарю — замуж за северного короля, которому я совершенно не нужна.

Очень быстро выясняется, что не нужна ему вовсе не жена, а настоящее чудо.

В королевской казне осталось двадцать семь серебряных, а через пятьдесят два дня Кайр должен выплатить Союзу Трех Рек двенадцать тысяч. Если не выплатит, сохранит корону, но потеряет контроль над главными дорогами и таможнями.

Вот только я не волшебница и не великая спасительница. Я всего лишь женщина, которая умеет считать расходы, искать слабые места в системе, вести переговоры и задавать очень неудобные вопросы.

А еще у новой королевы обнаруживается забытое право открыть Вольный двор и пустить торговлю в обход разорительных дорожных сборов.

Есть лишь одна проблема.

Настоящая Элира до моего появления уже успела договориться с людьми, которые хотят получить королевство за долги.

Она бунтовала против пафосного мира роскоши разгульным образом жизни, бросая вызов всем и каждому. Но однажды судьба повернулась к ней спиной. И после очередной вечеринки отец огорошил её новостью:
— Мне надоело то, как ты себя ведешь. Поэтому я принял решение. Ты выйдешь замуж.
Время будто споткнулось и замерло. Рената резко повернулась к нему, чувствуя, как земля уходит из-под ног, но злость тут же вернула ей равновесие.
— Нет, — выпалила она, и это «нет» прозвучало как удар. — Я не буду выходить замуж. Ни по твоему решению, ни по чьему-либо еще.
— Это не обсуждается, — ответил он ровно, без эмоций. — Каждый должен отвечать за последствия.
Дверь закрылась за ним с тихим, почти незаметным щелчком. Но этот звук отозвался в ней. Она осталась одна в комнате, где воздух вдруг стал удушливым. Но груди горело непокорное упрямство. «Не обсуждается», — сказал он. Но она знала одно: если что-то и не подлежит обсуждению, так это ее свобода. И она не собиралась отдавать ее так просто.

— Нианец, моя госпожа. Совсем дикий…. Его сегодня доставили на корабле.
— Сколько вы за него хотите? – сердце стучало. Кольцо-артефакт нагрелось, сообщая, что перед ней именно тот, кого она искала.
На мгновение ее глаза и глаза нианца встретились. Мужчина насмешливо поднял бровь, словно бы не он, а она сейчас стояла пред ним на коленях.
— Ищете покорного слугу? — хрипло спросил он.
***
Ее раб… Как же! Она вместо котенка купила не просто дикого зверя, а как минимум саблезубого тигра со скорпионьим хвостом. И то ли сожрет, то ли убьет, то ли сам сделает своей зверушкой…
То ли у нее будет самый опасный и полезный «котенок». Осталось лишь приручить.

— Ты чего за мной ходишь? — закричала я в ответ, захлебываясь слезами. Все внутри кипело от обиды и злости.
— Поля, я не нанимался в няньки! Ты хоть понимаешь, что могло случиться, если бы не я? — грубо оборвал он, и его слова, как пощечина, вернули меня в реальность.
— Тебе было бы легче, Дим, — я старалась говорить ровно, но голос предательски дрожал.
— Нет, не легче, — пробормотал он, словно боялся, что его услышат.
Отдохнул, называется, на море с друзьями. Вместо этого у меня над головой нависла забота о приемной дочери моего родного отца. В этот момент все слилось воедино: страх, неприязнь и странное влечение. Понимал, что спасая ее, утопаю сам.

Киара сидела на коленях, а Амоа нависал над ней. Антимагические наручники обжигали запястья, мешая призвать силу. Мешая защититься.
— Ты не представляешь, как долго я мечтал об этом зрелище.— облизнулся он, не сводя с нее потемневших глаз.
— Мечтаешь о мести?
На ее лице не было страха, что он может ей сделать?
Убить? О, да. Это было бы слишком хорошо.
— Ты так ничего и не поняла, да? — он вдруг присел рядом, а затем потянулся к ее запястьям. Киара непонимающе смотрела на мужчину. Он – освобождает ее? После всего, что она сама ему сделала?
— Ну что, готова показать им всем? Почему не стоит злить королеву.

— Двигайся, — рычит он, распахивая дверь.
— Что? — но тут же понимаю, что велит мне пересесть.
Подобрав юбку, переползаю на пассажирское.
Хмыкнув, Кай опускается за руль, отодвигает кресло и сдаёт назад по этой узкой, больше похожей на тропу, дороге.
— Ты во дворце заскучала? — зло бросает он. — Приключений поехала искать на свою тощую задницу?
— Н-нет… — пищу я, вцепившись в ручку двери.
— Тебе права когда купили?
— Я…
— Месяц назад?
— Н-нет
— Рано поверила в себя, принцесса. Лучше катайся с водителем, как раньше.
Не выдерживаю… В носу предательски щиплет, губы дрожат, прорывается всхлип… Часто моргаю, дышу через рот… Только бы не разрыдаться при нём!
— Да не реви ты, — Кай резко бьёт по тормозам посреди леса. — Там небольшая царапина. Приедешь ко мне завтра — всё исправлю.
— Завтра? — шепчу, согласная на всё.
— Ну извини, сегодня я уже занят другими обезьянками с гранатами.
Молчу, глотая обиду.
— Я… мне без разницы.
— Ругать не будут?
— Кто?
— Конь в пальто.

- Василиса?
Вздыхаю обреченно, поворачивая голову в сторону соседнего балкона. Ну за что? Мой сосед - Мирон Гребнев… Моя первая любовь. Тот, кто бросил меня и разбил мне сердце.
- Ты что… - осматривает меня Мирон с ног до головы, а я думаю о том, что выгляжу, как лох, в спортивках и тапочках. - Работаешь тут уборщицей?
- Вообще-то я тут живу, - демонстративно отворачиваюсь и делаю глоток чая. Черт, совсем забыла, что он такой горячий.
Выплевываю его прямо с балкона, не выдержав.
С Мироном вместе наблюдаем, как чай обрушивается вниз… На крышу его авто.
Глаза вылупляю, готовая от стыда сгореть.
- Серьезно, Самойлова? - не выдерживает Мирон. - Плюнула на мою машину? Что за детский сад?
Хочется сказать, что я случайно. Но дурацкая обида изнутри душит.
- Это чтобы ты не забывал, как сильно я тебя ненавижу, - выпаливаю.
- Значит, война? - спрашивает Мирон, сцепив зубы.
- Война!